Я сидела на краю кровати, глядя в окно, и думала о том, как жизнь иногда становится невыносимой. На седьмом месяце беременности я чувствовала себя полностью опустошенной. Отец моего ребенка часто пьет и врет, и, пожалуй, это было единственным, что он умел делать хорошо. Мы не живем вместе, и я осталась с родителями-пенсионерами, которые едва сводят концы с концами. Вместо того чтобы радоваться грядущему материнству, я испытываю лишь ненависть — к ребенку, который внутри меня, и к мужчине, который должен был стать отцом.
Каждый день я пыталась уговорить себя, что всё наладится. Но ничего не менялось. Я знала, что с каждым часом ненависть растёт, и это чувство полностью поглощает меня. Я начала обдумывать, как оставить ребенка в роддоме и уехать в другой город, где бы хотелось начать новую жизнь, свободную от этого бремени. Каждая мысль о будущем кралась ко мне, словно дразня, обещая освобождение, которого так не хватало. В моей голове всё смешивалось: страх, отчаяние и мимолетные мечты о спокойной жизни.
